Показать полную версию страницы
Все материалы

«Весь мир ждёт, когда начнётся Олимпиада. Мы ждём, когда она закончится»

Новосибирец поработал судьёй на Олимпиаде и рассказал о закулисье Игр в Корее

Денис Тян прилетел в Корею 28 января, в Новосибирск вернулся 8 марта

Кто не мечтал поехать на Олимпиаду волонтёром, чтобы быть в центре событий, наблюдать за происходящим изнутри? Горнолыжник Денис Тян, отработавший судьёй-волонтёром на Олимпиаде в Корее, недавно вернулся в Новосибирск. Он рассказал корреспонденту НГС о том, что на самом деле судьи Олимпиаду почти не видят, зато рискуют жизнью под пролетающими на высокой скорости атлетами, а также почему именно от него и его коллег зависел честный исход Игр. ­­­

Справка: Денис Тян — вице-президент Федерации горнолыжного спорта Новосибирской области, судья I категории, председатель попечительского совета благотворительного фонда «Спорту Место».


Зимние Олимпийские игры в корейском городе Пхёнчхан проходили с 9 по 25 февраля.


Как вы оказались на Олимпиаде в качестве судьи?


Я являюсь судьёй I категории по горнолыжным видам спорта. Меня порекомендовали судьи, которые были в Сочи [на Олимпиаде], новокузнецкие ребята. Я съездил в прошлом году на этап Кубка мира, на котором был отбор на Олимпиаду, и его прошёл.


Я не спрашивал, по какому принципу проходил отбор. Но все понимали, что оценивается: качество выполнения работ, дисциплина, владение английским языком, умение работать в команде с иностранными судьями. Этап Кубка мира — это тест для принимающей страны перед Олимпиадой. Это мировая практика.


Русских судей в горнолыжном спорте было больше всего


А простым волонтёром сложно попасть на Олимпийские игры?


У обычных волонтёров самое главное — знать английский язык. Там не нужны специальные навыки, умения. Это обслуживающий персонал в основном. Корейцы не приглашали русских волонтёров. Они народ достаточно экономный, решили, что своими силами справятся. 


А судей набирали, чтобы были и канадцы, и американцы, французы, русские... Русских было больше всего. Потому что прошла сочинская Олимпиада, появилось много специалистов, причём молодых.


Сколько вы потратили на поездку?


Нам оплачивались проживание, питание и перемещения в Корее. А перелёт — за свой счёт. В обе стороны в этот раз в 40 тысяч рублей обошлись билеты, а в прошлом году слетал на этап Кубка мира за 25 тысяч.


Олимпиада оправдала ваши ожидания?


Я очень ждал Олимпиаду. А оказалось, что это большая ответственная работа. 


Весь мир ждёт, когда начнётся Олимпиада, а мы ждём, когда она закончится. Ты Олимпиады, по сути дела, не видишь.


Есть некоторые моменты, когда встречаешь спортсменов — лучших в мире. Можешь, так сказать, подойти, потрогать, поговорить. Хотя до этого только по телевизору мог видеть. Ну и всё. А в остальном это работа, работа, работа. Встаёшь в четыре утра, приезжаешь в пять. Силы отдаёшь все. Я вот спину сорвал там [когда переносили стартовый дом], колени болят.


Судьям приходилось вручную переносить тяжёлую конструкцию стартового дома


В чём заключалась ваша работа?


Во-первых, я участвовал в подготовке горнолыжного склона. Снег обязательно должен быть практически ледяным. Горнолыжный спорт — метеозависимый спорт. И в нём присутствует некий эффект несправедливости: первый спортсмен поехал — трасса «чистая», второй, третий… десятый проехали более-менее, а потом уже начинается...


Люди же едут на кантах, они нарезают ямы, образуют отработку снега, и последующие спортсмены, получается, уже едут по «грязной» трассе. А там сотые секунды на счету. Для того чтобы это было всё-таки справедливо —  а, как правило, до 80 атлетов участвует, — нужно нам готовить этот ледяной наст, чтобы он держался долго.


Группа «слипперов» в полной боевой готовности


Во-вторых, я был руководителем группы «заглажки» [склона] из 10 человек. Во время соревнований через каждых двух спортсменов, проехавших по трассе, ходит группа «слипперов» по два-три человека, и они заглаживают на плоских лыжах неровности. Даётся на это всего лишь 50 секунд. Это процесс непрерывный: спортсмены стартуют с интервалом в полторы-две минуты. Этот цикл мы не должны нарушать, и надо успевать проглаживать склон.


Надо сделать так, чтобы все атлеты были в равных условиях. Честные Игры — и от нас зависит насколько.


Это тяжёлый труд. И важнее не сама Олимпиада становится, а люди, с которыми ты работаешь. Потому что гора — это пик 1370 метров, 2,9 километра — протяжённость трассы. Там крутяки, на которых люди даже в специальных когтях устоять не могут. Сильный ветер до 20 метров в секунду. Ты просто можешь травмироваться. По крайней мере у нас были случаи нескольких корейских судей, которые по неопытности влетали на большой скорости в тросы, на которых держались ратраки.


На лыжах надо реально уметь стоять и быть практически тем же спортсменом. Когда во время соревнований на тебя летит атлет со скоростью 140 километров в час, ты должен вовремя увернуться.


Удалось повидать кого-то из именитых спортсменов?


Да, я встречался с известным австрийским горнолыжником Маттиасом Майером. Он в Сочи золото взял на скоростном спуске, в Корее — на комбинации. Был доволен подготовкой трассы. Ещё я общался с нашим Сашей Хорошиловым.


Денис Тян и Маттиас Майер 20 минут беседовали, пока ехали вместе на подъёмнике


Санкции как-то сказались на отношении окружающих к русским?


Корейцы очень доброжелательно относились к русским и более того, наверно, даже понимая, что есть какая-то небольшая разница. Но вот реально её никто не ощущал. Все выходят на тренировки, у всех своё время, одинаковое питание. Это просто соревнования — там не ощущается никаких санкций, их нет. Просто то, что они вышли в форме без нашей российской символики, но все знали, что это спортсмены из России.


Кстати, в аэропорту корейцы нашу сборную встречали с российскими флагами.


Так как российских судей было очень много — больше половины в горнолыжных скоростных дисциплинах, — то на трассе звучала, в основном, русская речь. И наши спортсмены, и все русскоязычные — из Казахстана, Белоруссии, Украины, — когда ехали, слышали слова поддержки на русском языке. Это, скорее всего, было для них хорошей поддержкой.


Получается, вы только работали? Даже посмотреть Игры или погулять не было времени?


Я был в «Русском доме» в городе Канныне, где находились все спортивные объекты, связанные со льдом. Нас организованно туда отвезли, кстати. Ещё я был зрителем на финальной командной гонке по лыжному спорту. Да, там ощущалась эта атмосфера: Олимпиада, праздник, много народу, всевозможные инсталляции в Олимпийском парке.


Денис Тян передал фотоальбом с видами Новосибирска в Олимпийский музей


Взял себе выходные перед отъездом, чтобы выполнить миссию. В прошлом году я привёз из Кореи маскоты — символы Олимпиады. Мы сделали памятный фотоальбом с известными местами в Новосибирске вместе с этими маскотами. Решили альбом от нашего фонда «Спорту Место» подарить в Олимпийский музей, который находится в Сеуле.


Они [руководство музея] не понимали сначала, что это просто подарок. В общем, я так понимаю, это был прецедент. Им никто подарков не дарит. Они думали, что надо если не заплатить, то что-то сделать в ответ.



Есть желание снова отправиться судьёй-волонтёром на Олимпиаду?


Да, желание есть. Жду отбора в Китай. Более того, я хочу, когда мои дети подрастут, попробовать вместе с ними побывать на этом мероприятии. Лет через 20.

Алёна Мартынова
Фото и видео предоставлены Денисом Тяном

22229
Все материалы
Вход в почту
Выбор города